Передо мной лежит изящно оформленная, я бы сказал, даже красивая книжка – это новая книга стихов Натальи Апрельской «Петербургские витражи». Я не спроста начал свою рецензию с внешнего вида, а не с содержания книги – стремление автора к красивому прослеживается от обложки и до последней страницы. Фрагменты картин и рисунки художника В.Н.Колбасова с Петербургскими городскими пейзажами задают тон, но и без них, читая стихи, понимаешь, что поэтесса – петербурженка. И не только потому, что в книге есть и Зеленин сквер, и Невский проспект, и улица Репина, и Летний сад, и Михайловский сад и т.д. Акварельно-пастельная гамма, на мой взгляд, именно петербургская и во мне как в петербуржце пробуждает положительные эмоции.
««Любой фасад, как старый фолиант…»;
«Там, в тишине глухих дворовых стен,
Гуляет дух исчезнувшей эпохи…»;
«Мне нравится бродить среди картин,
Написанных неяркой акварелью»…
И для меня несомненно: питерский дух – одно из главных достоинств этой книги.
Впрочем, есть и ещё одно очень важное – это женские (не бабьи!) стихи. В самом высоком понимании этого слова. Я вообще не очень приемлю всяческий унисекс, а в искусстве тем более. И читая книжку Натальи Апрельской, радуюсь тому, что это взгляд на мир женщины-петербурженки. Внимание к нюансам и деталям наблюдаемых картинок из обыденной жизни города, тонкое и точное воспроизведение в слове своих эмоций, вызванных этими наблюдениями – вот характерные черты стихотворений автора этой книжки: старик дворник, сгребающий прошлогоднюю листву на газоне, случайно узнанный в метро известный музыкант, кошка, поймавшая голубя на Невском, голуби, сидящие на кромке крыши как живая балюстрада, девчонка, наводящая макияж, сидя в вагоне метро… Органично вплетаются в сюжеты, а подчас и определяют их, питерские дворы, фасады, скверы, витражи… И, конечно, ностальгия по ушедшей в далёкое прошлое эпохе того царственного старого Санкт-Петербурга.
«Громадный новый дом
блестит стеклом…А прошлое всё глуше.»;
«И серостью поделочной белея,
Мертвы Амур и юная Психея»;
«А для меня есть выцветший мираж,
Который я душою разбираю.
Вот и сейчас старинный экипаж
Покинул свод каретного сарая.»
От талантливого автора, наделённого острым внимательным взглядом, тонкой наблюдательностью, умением передать сиюминутные эмоции, всегда ждёшь чего-то ещё большего. У Апрельской в произведениях не всегда эмоция выливается в чувство, красивая картинка не всегда становится ёмким образом-метафорой, поэтическая мысль, не успев проявиться, порой ускользает.
«на страницу лёг словесный отблеск виденья ночного, где спрятан смысл и призрачен итог…»
Восприятие окружающего мира автором почти всегда эстетизировано. Реалии часто подаются через аналогии с искусством и это тоже характерно для интеллигентной петербурженки. Наш город нередко называют городом-музеем, но для настоящего питерца это не музей, это среда обитания. Не удивительно, что даже в любовной лирике Натальи Апрельской мы читаем такие строки:
«Ты помнишь, нас ваял с тобой Роден?»
И такой подход не мешает воспринимать это стихотворение (одно из лучших в книге) как живую любовную лирику. Таковы многие образы поэзии Апрельской:
«Мы две звучащие струны…»; «горестный зачин холодных сказов…»; «Венеции вид на стене…»; «Недосмотренный фильм. Недочитанный том.»; «Но как звучит симфония весны!»; «Я как музыкальная шкатулка…».
Можно было бы привести ещё немало примеров, но тогда пришлось бы цитировать чуть ли не целиком стихотворения, поэтому я ограничился прямыми образами из сферы искусства.
Скромно пишет поэтесса о своём творчестве: «Никогда не сумею писать, как слагает другой.» А надо ли? Да, многие стихи Натальи – это блестящие эскизы, некий импрессионизм в словесном выражении. Но может быть эта особенность и есть лицо автора. А может быть эти эскизы, в которых уловлен момент, впечатление, настроение станут основой для большого (не в количественном смысле) полотна.
В любом случае, читая книгу Натальи Апрельской «Петербургские витражи», получаешь немало приятных минут.
Виктор Соколов