20 ноября 2025 состоялось заседание Секции критики и литературоведения Санкт-Петербургского отделения Союза писателей России, встречу провел секретарь Союза писателей России Роман Круглов. Мероприятие было посвящено обсуждению новой книги стихотворений члена Союза писателей России Сергея Николаева «Таинственный Маршрут» (СПб, 2025). В работе секции приняли активное участие коллеги по перу — ведущий поэтической мастерской Борис Краснов, недавно рекомендованный к вступлению в Союз писателей России Александр Чистобаев, постоянный участник целого ряда литературных объединений Светлана Хромичева и другие. Предлагаем Вашему вниманию рецензию участницы литературного объединения СПбГИКиТ «Обратная точка» Дарьи Ильиной.
Сборник стихотворений Сергея Николаева «Таинственный маршрут» неоднозначен: с одной стороны, перед нами — искренняя энергичная попытка создать новый поэтический язык, чтобы говорить на острые современные темы. С другой — художественный эксперимент, который, как это нередко бывает, имеет погрешности и результаты разного качества.
Сергей Николаев позиционирует себя как поэта на «литературном фронте», а свою задачу видит в поиске пути к «царству добра, любви и красоты» через призму «человека Русского Мира». Эта амбициозная цель заслуживает уважения. Автор не боится смешивать патриотический пафос с сюрреалистичными образами, былинный склад — с блатной песней, а высокий штиль — с намеренной языковой небрежностью. Он активно использует неологизмы («неостарость», «закартузился»), жаргонизмы («чё», «чуваки») и намеренно нарушает классическую метрику, используя сверхсхемные ударения (к примеру, «булькАют» в «Походной контрбафометной»). Это создаёт эффект как бы походного высказывания – будто стихотворение спонтанно рождается на глазах у читателя, а не вырастает тайно в поэтической работе, подобно жемчужине.
В наглядной дерзости – сила и главная слабость сборника. В контексте современной литературы, где ценится искренность и энергия, это может быть сильнее выверенного, но безжизненного текста. Николаев не пишет, а выкрикивает с импровизированного помоста. Его патриотический сюр — возможно, и есть та искомая многими современниками «новая искренность», которая избегает и прямолинейного пафоса, и циничного отстранения. Автор встраивает абсурдные образы в узнаваемый национальный миф, создавая своеобразный магический реализм на службе у большой идеи. В лучших своих проявлениях этот сплав рождает мощные запоминающиеся тексты. Когда автор находит точный баланс между идеей и формой, неологизмы кажутся органичными, а сюрреалистичные образы обретают глубину.
Энергия, которую Николаев вкладывает в стихи, ощутима, и в ряде случаев действительно создаёт эффект непосредственного высказывания на острую тему. Однако заявленный и декларируемый «литературный фронт» зачастую заменяет внутреннего цензора и редактора поэзии. Стремление сделать «весомый вклад» и собрать все патриотические выражения под одной обложкой приводит к тому, что наряду с сильными стихами читатель наталкивается на тексты-агитки («Кукры Ник. С. А.», «Кофейный сервиз „XVIII век“»), где сложность человеческого опыта подменяется прямолинейными лозунгами. Также прямолинейные поэтологические ходы – использование сверхсхемных ударений, жаргонизмов — нередко выглядит не смелым жестом, а ритмической и лексической небрежностью. В результате создаётся впечатление, что из ста текстов сборника по-настоящему весомыми оказываются десять, остальные тонут в потоке идеологической заданности и неоправданных экспериментов.
«Таинственный маршрут» парадоксален. Стремление автора говорить с эпохой на её языке и его неуёмная энергия сочетается с отсутствием строгого внутреннего отбора. 10 сильных стихотворений из 100 – вовсе неплохой результат; Сергей Николаев — безусловно, одарённый и смелый экспериментатор, чей голос заслуживает внимания. Однако читателю приходится самому пробираться через лабиринт его творчества, чтобы отыскать те жемчужины, ради которых, возможно, и был затеян этот трудный и таинственный маршрут.
Дарья Ильина