Словосочетание «курсом на мир» (pursuing peace) стало этикеткой внешней политики Трампа. Его миротворческое участие (фигурируют шесть разрешённых конфликтов) приближает хозяина Белого дома к нобелевской премии мира. Тут важнее не надёжность того ли иного примирения, а вызов нобелиату 2009 года тогдашнему президенту Обаме. Сегодня он символ нынешних конкурентов из демпартии. Его предшественники в лице Рузвельта (1906), Вильсона (1919) и Картера (2002) – не в счёт, хотя и на слуху. Как и зависимость нобелиатства Трампа от итогов войны на Украине. Но для американцев важнее сокращение, в том числе, за счёт финансовых мер в отношении Евросоюза, точнее евро, почти $40-триллионного госдолга. Это сказывается на налогах.
Для нас важнее оценка курса США на примирение. Вашингтон впервые с начала века признал, что угрозы со стороны Москвы для Запада нет. В евроатлантическом сообществе налицо разногласия. Но США, следуя коммерческому подходу, намерены и впредь снабжать оружием не только партнёров по НАТО, но через них и Украину. Только не за свой счёт.
В чём тогда смысл примирения, если Киев получит лишь передышку для перевооружения? Да и Трамп не вечен. И почти половина американцев до сих пор считает Россию, а не Китай главным противником США. По итогам встречи в Анкоридже, 54% американцев одобрили Трампа, 44% не одобрили. Его «чистый рейтинг» составил +10%: в июле за него были до 50% респондентов, против – 48%. Внимание к этим цифрам в США заметнее, чем к конфликту на Востоке Европы.
Впрочем, о разделе территорий говорят больше, чем о первопричинах конфликта. Хотя услышаны слова Трампа: «Не будет никакого возвращения Крыма, отданного Обамой без единого выстрела, и никакого вступления Украины в НАТО». В евронатовской кампании такие высказывания недопустимы. Ибо «Америка должна помочь Европе победить. А то, что за пределами континента, европейцев не интересует».
Трамп предложил план, как быстро достичь мирного соглашения. Его суть: пусть Зеленский передаст России оставшуюся часть Донбасса. Следом будут определены гарантии безопасности как для Киева, так и для Европы в целом. Позиция Зеленского (замораживание конфликта без юридических последствий) оживила дискуссию о его переизбрании. Об этом говорится больше, чем о спасительной для него встрече с Путиным, но только при натовском посредничестве.
В случае обострений с Зеленским США могут заморозить ранее оговорённые военные поставки и передачу ВСУ разведданных. Возникнут вопросы об использовании средств, поступивших из США. Тем временем Зеленский предложил сделку: при американских гарантиях безопасности он готов закупить в США оружие на 100 млрд долларов. Правда, за счёт европейских стран. Но больше 50 миллиардов они не соберут. В этом суть общеевропейского расклада. Финансового, в том числе.
Москва согласна заморозить конфликт по линии соприкосновения в Херсонской и Запорожской областях. Мы готовы передать Киеву уже подконтрольные нам территории Сумщины и Харьковщины. Но временное перемирие вместо долгосрочного нас не устроит. Тем более, при накачке Киева оружием и намерении разместить на Украине силы НАТО. К тому же Киев сосредоточен на разработке ядерного оружия и вступлении в НАТО. По жёсткой оценке нашего МИДа, «в этом случае положения, лежавшие в основе признания Украины как независимого государства, исчезают».
Сущностная сторона дела, в отличие от дипломатической, состоит следующем: у нас нет мотива прекращать СВО, поскольку Вооружённые Силы России настойчиво продвигаются вперёд. А российская экономика, даже учитывая санкции, существенно не пострадала. Объём нашей торговли непосредственно с Западом не превышает 15 процентов, а с обобщённым Востоком – вырос более, чем на 20 процентов.
Украина потеряла убитыми и пропавшими без вести 1 721 000 человек. В 2022 году ВСУ лишились 119 тыс. бойцов, в 2023-м – 405 тыс., в 2024-м – 595 тыс., а в этом году – рекордную 621 тысячу. Примерьте эти цифры на нынешние 22-24 миллиона граждан Незалежной. Тех, кто остался от 52 миллионов в 1991 году. Кстати, выплаты семьям погибших могут составить 630 млрд долларов, что превышает три ВВП страны за 2024 год (190 млрд долларов) или семь годовых бюджетов. Продолжать не будем: нынешняя война, по оценке президента Путина, это – наша общая трагедия.
Безотносительно примирения в Европе, Трамп стремится ослабить стратегическое взаимодействие Китая с его партнёрами, прежде всего, с РФ. Цель – ограничить стратегические тыл и рынки КНР. Многое прояснит участие более 20 мировых лидеров во встречах в Китае, приуроченных к 80-летию Победы во Второй мировой. В поле отдельного внимания перспективы Пхеньяна (после Курска) и отношения Пекина с Нью-Дели. Кстати, Индия подтвердила планы закупок нашего энергосырья на прежних условиях. Это – по поводу 19-го и последующих пакетов антироссийских санкций.
Помимо перечисленного, в мировой повестке значатся: Израиль-голодающий сектор Газа, суета вокруг Венесуэлы, южнокавказская неопределённость. Всё чревато новыми взрывами страстей. Опять-таки многое зависит от курса. Не только политического, но и в сермяжной валюте. Тем более, что по образному суждению Financial Times, «мало кто знает, куда движется Трамп, крушащий всё на своем пути»…
Опубликовано в газете «Петербургский дневник», 25.8.2025 г.