(По итогам доклада Дмитрия Сажина о петербургской поэзии второй половины XX века.)
После очередного мероприятия в рамках ЛИТО «Дереветер» остались ощущения солнечного света под соснами Нарвы-Йыэсуу. Почти бесконечная полоса пляжа, что уходит на запад. Местный автобус, ползущий среди неутомительной урбанистики. И настроение безвозвратности той дачной жизни, когда Нарву можно было легко перейти по мосту, любуясь крепостями в месте, где сходятся разные миры. Дети, вместе со взрослыми, поют в автобусе песню из «Бременских музыкантов». Река там деликатно втекает в море, разрезая дюны. Граница рядом — пока лишь полумифическая граница с Финляндией, чьи автобусы и туристы встречаются так часто, что воспринимаются частью ландшафта.
В первой части своего доклада Дмитрий Сажин рассказал о дачной жизни в компании тех, кто был связан и с культурными кругами позднего Ленинграда, и с университетскими кругами Тарту. В подробности этого разговора мы погружаться не будем. Несколько абзацев о другом.
После перерыва Дмитрий затронул отрицательный аспект понятия «ничто». Это интересная тема, достойная отдельного разбора. Сразу скажу, что пишу не ради оппонирования. Хотя для меня, пожалуй, положительного или отрицательного знака в этом понятии не существует. Однозначно, что находясь с этой стороны (именно она называется жизнь) органичнее касаться материи. А то место, где нет даже одиночества, пусть останется за пазухой Господа нашего. В «ничто» нет страданий. А именно они, по мнению Иоанна Павла II, приближают нас к Богу. «Ничто» можно рассматривать как аспект понятия «Ади-Будда» — единение всех будд. Но, не впадая в богословские рассуждения, стоит сказать, что поэзия, прозвучавшая в этот вечер, находится в тессерактах нашего ощущения.
Вторая часть доклада была посвящена творчеству четырёх петербургских поэтов, находящихся в рамках Серебряного века и эти рамки раздвигающих. Снова всплыло понятие «семидесятники». Об этом говорил на творческом вечере Сергей Георгиевич Стратановский в этой же аудитории, несколькими месяцами ранее. А теперь на вечере прозвучали стихи Виктора Кривулина, Дмитрия Максимова, Олега Охапкина и Роальда Мандельштама, поэта близкого «арефьевскому кругу», чьё творчество является связующим звеном и созвучно мастерам Серебряного века.
Ниже — два стихотворения Дмитрия Евгеньевича Максимова, филолога, профессора ЛГУ, члена Союза писателей.
* * *
Вы, стоящие навеки в дверях.
Пришедшие сюда,
Прошедшие мимо.
Сущие и приснившиеся.
Живые и выходцы.
Незабвенные и другие.
Забытые и другие.
Невозвратные и другие.
Скорбные, сирые.
Прохожие, соседи, братья, друзья, обидчики, дети.
Дети с грозными глазами.
Коснувшиеся.
Простиравшие руки.
Рукою помахавшие.
Женщины плачущие
(В подушку, в подушку).
И вы, полные боли.
Внимания и равнодушия полные.
Обиженные, мною обиженные.
Навеки поникшие в дверях.
Свои ли, чужие ли.
Дети брошенные.
Птицы голодные.
Листья чахлые.
(Припадаю к земле).
И вы, одарявшие.
Пеленавшие.
Отвергавшие.
Унижавшие меня.
Разившие в сердце.
Стоящие навеки в дверях.
Вы — в сердце моём, в сердце моём,
в сердце моём.
Аминь.
* * *
В пучине чёрной промочила ноги.
А мне уже по горло. Только руки
Ещё хватаются за плоские края.
Мы расстаёмся скоро. Что ж, давайте, —
Друзья, товарищи и ты, моя подруга,
Давайте любоваться друг на друга,
В глаза глядеть, запоминать навеки,
Шутить, смеяться и не разлучаться,
Пока в моря не унесут нас реки.
А в конце этого хаотичного отчёта хочется сказать, что, несмотря на отсутствие постоянных участников (вероятно, уставших после прошедшего Международного фестиваля памяти Геннадия Айги, на котором выступил почти весь «Дереветер»), места в аудитории оказались удивительным образом заполнены оставшимися дереветровцами и нашими друзьями. Это: Дмитрий Сажин, Ольга Туркина, Владислав Черейский, Сергей Касаткин, Гера Констан, Сергей Кудрин, Мария Леонтьева, Виталий Бурик, Алексей Ларионов, Олег Родичев, Виктор Непомнящих, Евгений Макаров, Леонид Фарфель, Арина Арсеньева, Диана Абрамова и Геннадий Булин.
Геннадий Булин,
поэт, переводчик, соведущий ЛИТО «Дереветер»,
главный редактор журнала «Рог Борея»