Творчество Михаила Кузмина

21 ноября 2017 г. в Доме писателей прошел семинар «Метафора» под руководством председателя СПб отделения  СП России Бориса Орлова на тему: «Творчество Михаила Кузмина».

В семинаре  приняли участие: Борис Орлов, Наталия Авдеенко, Игорь Константинов, Ольга Константинова, Ольга Мальцева, Владимир Митюк, Марина Красильникова, Ирина Жаркова, Евгений Макаров, Геннадий Тобреев.

Во вступительном слове Борис Орлов охарактеризовал Михаила Кузмина как одного из представителей серебряного века, со своим оригинальным взглядом на окружающий мир, поэта, композитора и писателя.

В литературном плане Кузмину повезло – до сих пор издаются его произведения, в интернете  несколько форумов, например

http://www.liveinternet.ru/users/5326534/post287831247/ – форум, «Забытые имена»…. Ну да, всех-то не припомнишь.  А вот что пишут…

Один из самых загадочных поэтов серебряного века Михаил Алексеевич Кузмин родился в Ярославле 6 октября 1872 года. При жизни Кузмин часто мистифицировал свое прошлое, например, прибавляя к дате своего рождения то два, то три года. Отец его, Алексей Алексеевич, был морским офицером. Мать, Надежда Дмитриевна, урожденная Федорова, была дочерью не богатого помещика Ярославской губернии. Бабка Кузмина по материнской линии была внучкой известного в XYIII веке французского актера Жана Офреня, что в какой-то мере повлияло на возникновение интереса Кузмина к французской культуре. Вообще западноевропейская культура с раннего детства стала его второй духовной родиной: Шекспир, Мольер, Сервантес, Вальтер Скотт, Гофман, Россини, Вебер, Шуберт формировали личность будущего поэта и музыканта, притом, что родители Кузмина были старообрядцами, и сам он с детства воспитывался в старозаветных традициях бытовой религиозности.

Михаил поступил в Санкт-Петербургскую консерваторию, его учителями были Н. А. Римский-Корсаков, А. К. Лядов и Н. Ф. Соловьёв. Но не закончил ее, увлекшись написанием романсов и опер. Биография его незаурядна, но приводить ее не имеет смысла, ведь его биографические данные приведены на нескольких десятков сайтов. Так что Михаил Кузмин не забыт.  Возможно, особенности его жизни и привязанностей наложили отпечаток на его характер, пристрастия.   А «бытовая религиозность» что-то не вяжется с его образом жизни.

Кто-то, открыв книгу или стихотворения поэта, углубится в чтение, кто-то, наоборот, закроет страницу и покачает головой.  Для контраста, после прочтения стихов Кузмина, я открыл – абсолютно наугад – Георгия Иванова. И почувствовал разницу. Правда, Иванов на 20 лет ближе к нам, и все же.

Интересен ли Михаил Кузьмин нашим современникам, живущим уже в другую эпоху? Наверное, да, потому что любая личность не может не вызвать интереса, особенно, если это поэт.  Часто в произведениях дается видимая лишь автору картина мира, один из его осколков.

Кузмин показал весь диапазон эротических переживаний человека. Вот одно из наиболее «приличных» стихотворений этого цикла:

Кларнетист
Я возьму почтовый лист,
Напишу письмо с ответом:
«Кларнетист мой, кларнетист,
Приходи ко мне с кларнетом.

Чернобров ты и румян,
С поволокой томной око,
И когда не очень пьян,
Разговорчив, как сорока,

Никого я не впущу,
Мой веселый, милый кролик,
Занавесочку спущу,
Передвину к печке столик.

Упоительный момент!
Не обмолвлюсь словом грубым…»
Мил мне очень инструмент
С замечательным раструбом!

За кларнетом я слежу,
Чтобы слиться в каватине
И рукою провожу
По открытой окарине.

Творчество любого поэта требует глубокого изучения и исследования, порой это не под силу, но познакомиться надо. Даже оставив в стороне прозу, статьи, романсы, оперы, переводы. Это говорит о многогранности человека, выбравшего свой путь.

Приведем несколько стихотворений

(Источник – http://poetrylibrary.ru/stixiya/kosye-sootvetstviya-v.html)

* * *
Косые соответствия
В пространство бросить
Зеркальных сфер,—
Безумные параболы,
Звеня, взвивают
Побег стеблей.

Зодиакальным племенем
Поля пылают,
Кипит эфир,
Но все пересечения
Чертеж выводят
Недвижных букв
Имени твоего!
<1921-1922>
М.Кузмин. Арена. Избранные стихотворения.
1000 лет русской литературы. Библиотека
русской классической литературы.
Санкт-Петербург: Северо-Запад, 1994.

Из того же сборника:

Как девушки о женихах мечтают,
Мы об искусстве говорим с тобой.
О, журавлей таинственная стая!
Живых полётов стройный перебой!

Обручена Христу Екатерина,
И бьётся в двух сердцах душа одна.
От щёк румянец ветреный отхлынет,
И загораются глаза до дна.

Крылато сбивчивое лепетанье,
Почти невысказанное «люблю».
Какое же влюбленное свиданье
С такими вечерами я сравню!

В общем, познакомиться с поэтом просто, благо источников  предостаточно, просто, понять – гораздо сложнее.  Можно сказать, что он нашел свое место в ряду поэтов Серебряного века. И как-то жил при советской власти, совершенно не интересуясь  политикой, в отличие от его друга Г.В.Чичерина.  Жил переводами, и денег вечно не хватало. И вел дневник, в который записывал мыли, события, переживания. И это привело к необратимым последствиям. Увы, уже после кончины поэта.  Вот что пишут:

История его «Дневников» трагична. Уже в 1934 году они были истребованы из Гослитмузея органами НКВД. «Кузмина уже не было в живых той порой, – писал исследователь его творчества А.Г. Тимофеев, – когда по его «Дневнику» (либо в том числе – и по его «Дневнику») начали брать людей. До недавнего времени эта версия слыла зловещей и леденящей кровь легендой, но факты литературной жизни Ленинграда поздних тридцатых заставляют признать ее более чем достоверной (не исключено, что «Дневники» начали использовать и при жизни автора). Нельзя не скорбеть о том, что стихотворения (Кузмина) 30-х годов (сборники «Тристан», «Простой мир», поэма «Убийством усыновленный») и переводы сонетов Шекспира были реквизированы ГПУ при аресте друга Кузмина писателя Юрия Юркуна в 1938 году и, очевидно, бесследно исчезли в одну из блокадных ленинградских зим, когда ГПУ жгло и истребляло свои архивы. Не стал ли Кузмин убийцей (в метафизическом, разумеется, смысле) своего любимого друга и многих других подававших надежды прозаиков и поэтов.. И, вероятно, уже никто не узнает, сколько таких косвенных убийств лежит на совести этого изящного человека, в котором совсем не хочется видеть – в унисон с ахматовской концепцией «Поэмы без героя» (где он выведен в маске сеющего зло Калиостро) – посланника Ада, толкующего о «страсти нежной» и увлекательной дружбе-любви… Нам возразят, что нешахматный ум Кузмина не мог предвидеть темную историю проданного в музей «Дневника». На это ответ если речь идет о художнике, в сознании которого замысел пьесы о Нероне возник в момент сооружения мавзолея, а не в год «великого перелома», когда пьеса «Смерть Нерона» была написана, – такой аргумент едва ли приемлем».
(из Википедии)

Для тех, кто заинтересовался творчеством поэта, рекомендую реферат

http://mirznanii.com/a/135567/poet-serebryanogo-veka-ma-kuzmin

Но не только… Я с интересом прочел предисловие Кузмина к сборнику Анны Ахматовой «Вечер».

(Источник: www.prosv.ru/ebooks/lib)

И, в заключение:  Поэт, по мысли Кузмина,— вечно воз­рождающийся, воскресающий древний бог Озирис, который:

Радугой сфер живет!
Зеркалом солнц живет!

Для ранних стихов Кузмина характерна жизнерадостность, эллинская привязанность к жизни, любовное восприятие каждой мелочи. В 1890 году он пишет в письме: «Боже, как я счастлив. Почему? Да потому что живу, потому что светит солнце, пиликает воробей, потому что у прохожей барыни ветер сорвал шляпу… посмотри, как она бежит за ней – ах, смешно! потому что… 1000 причин. Всех бы рад обнять и прижать к груди». И в другом письме: «Так радостен, что есть природа и искусство, силы чувствуешь, и поэзия проникает всюду, даже в мелочи, даже в будни!» Последняя цитата точно предсказывает строфу знаменитого стихотворения Кузмина, которое стало буквальным символом всего его творчества:

Дух мелочей, прелестных и воздушных,
Любви ночей, то нежащих, то душных,
Веселой легкости бездумного житья!

Ясный, безмятежный взгляд на мир, который сквозит в этом стихотворении, ляжет потом в основу программной статьи Кузмина 1912 года «О прекрасной ясности», где он выскажет своё творческое кредо.

«Изящество – вот пафос поэзии М.Кузмина,  –    везде и всегда он хочет быть милым, красивым и немного желанным. Все, даже трагическое, приобретает в его стихах поразительную легкость, и его поэзия похожа на блестящую бабочку в солнечный день порхающую в пышном цветнике», – писал Валерий Брюсов. Он отметил у Кузьмина «дар стиха, певучего и легкого», а Блок, в свою очередь, полагал, что это «… поэт высокий и прекрасный».

(источник – www.staroeradio.ru/audio/20134)

Участники семинара прочли свои стихи, поговорили о тенденциях в современной поэзии, связи классики и современности, и перспективах.

Автор:  Владимир Митюк