Умер поэт Сергей Макаров

25 октября ушёл из жизни известный русский поэт Сергей Макаров.

Сергей Георгиевич Макаров родился 25 февраля 1941 года в г. Горьком. После войны семья переехала жить в Ленинград. Его стихи печатались в альманахе «Молодой Ленинград», журналах «Костёр», «Огонёк», «Звезда», «Нева», «Аврора», «Неман», «Урал», «Север», «Сибирь», «Подъём», «Смена», «Молодая гвардия», «Наш современник», «Москва», «Звезда Востока», «Бельские просторы», «Южная звезда», в ежегодниках «День поэзии», в «Литературной России».

С 1976 года С. Макаров – член Союза писателей СССР. В 1998-1999 годах в издательстве «Околица» вышло трёхтомное собрание его произведений. В 1979 году окончил Высшие литературные курсы при Союзе писателей СССР. Был главным редактором журналов «Единая семья», «Советский шахтёр». В 2005-2006 годах возглавлял Новгородскую писательскую организацию Союза писателей России. С 1999 года – академик, действительный член Петровской Академии наук и искусств /ПАНИ/. Лауреат премии им. В. Хлебникова. Переводил стихи с финно-угорских и тюркских языков. Последние годы жил в Великом Новгороде. ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ!

Прощание: 27 октября 12.00 в больнице Костюшко (СПб), 2 м (второй морг). Проезд: м. Московская, авт. № 13-а или № 156.

 

* * *
На лугах сенокосных отава
Захлебнулась вечерними росами…
Шутишь мрачно: мол, город Оттава
Не освоен достаточно россами!
Пенный Волхов курчавей овчины…
Чаем греемся, вовремя поданным.
Отрекаясь от русской Отчизны,
Ты канадским становишься подданным.
Это станет ли счастья порукой?
В сердце кучей мечты наворочены…
Расстаёшься с упругой супругой,
С незабвенной землёй Новгородчины.
Душу сам же ты сделаешь нищей!
Ешь с валдайской хрустиночкой яблоко.
Полумесяц, как нож в голенище,
Занырнул в перелётное облако.
Не с тобой ли стихи, как стихии,
Мы ваяли, поэзии крестники,
И однажды у храма Софии
Поменяли нательные крестики?
Не с тобой ли на мстинские плёсы
Направляли мы лодку смолёную,
К распевуньям спеша за откосы
На свидание в рощу зелёную?
Здесь и жизни прошла половина…
Вдруг от пытки, что звать ностальгиею,
Зазияет в душе пустовина
Вскоре после разлуки с Россиею?
Что ж, не держат любовь на канате…
Вдруг завоешь ты в дни окаянные,
И на сахар кленовый в Канаде
Горько слёзы падут окаянные? –
Был бы счастлив от жёнки ревнивой
Вновь бежать протрезвиться в предместия!
…Без тебя по-над мстинскою нивой
Всколосятся ржаные созвездия…
Я бы умер, коль знал бы, что боле
Не увижу луга сенокосные,
Что над Мстою мне вволю на воле
Не споют соловьи високосные!

*****

Из 1555 года

Сколько ж в Новгороде людей?
Надорвёшься, брат, при подсчёте!
Нету в Новгороде лаптей –
Обувь кожаная в почёте.
И высок здесь гончарный флаг!
Груз торговых рядов бездонных –
Сонм горшков и лощёных фляг,
И печных изразцов зелёных.
Цену правильную проси,
Наблюдай за товаром в оба:
Вот он, лён со всея Руси –
Налетай-покупай, Европа!
Жизнь в литейный цех зазвала,
Не зазря мастера матёры:
Пушки льют, и – колокола,
Ладят копья и шестопёры.
…Репяное поле, как встарь,
Подступает, чтоб выпить Волхов…
Подле пушки – москвич-пушкарь,
Гавриил свет-Петрович Волков.
Вся в обильной росе трава,
Даже воздух рассвета сочен!
Ядра Новгороду Москва
Поручила отлить – шесть сотен:
Чтобы ядра в столице льна,
Не лишённые блеска-лоска,
Были б круглыми, как луна,
Были б гладкими, как берёзка!
Дьяк Фаддей понукал: «Скорей!» —
Сколь в бесплатной улыбке яда?
Самый знатный из пушкарей
Прибыл в деле проверить ядра.
Длись, литейщиков ремесло!
Первый выстрел напомнят были:
Пушку вдребезги разнесло –
Ядра чуть большеваты были.
Кто ж возмёт на себя вину?
Отвечать – всем литейным цехом…
Взрыв споткнулся о тишину
И откинулся в речку эхом.
Волны Волхова пену ткут
Под прибрежной плакучей ивой…
Никого не убило тут
По случайности по счастливой.
И понурились мастера,
Онемели вдруг, языкаты:
Их теперь же казнят с утра
По кивку Гавриила – каты!
Разве русский пушкарь – вандал?
Понимая работы сложность,
Он литейщикам время дал,
Чтоб смогли устранить оплошность:
«Аж семижды, брат, пропотей,
Выйди с честью из напряжёнок!»
Сиротинить не стал детей
И вдовить новгородских жёнок.
Донесенье послал в Москву:
Ядра трижды проверил. Годны!
Рад был Волкову наяву
Новгородский простор вольготный.
Рёк литейщикам Гавриил:
«Новгородцев душой приветим!»
Словно сам себя обхитрил
И – донельзя гордился этим!.