«Гостеприимная приютинская сень!..»

Близ Санкт-Петербурга таится немало чудесных уголков природы, культуры и истории, но Приютино – одна из немногих сохранившихся до наших дней усадеб первой половины 19 века, которая принадлежала А.Н. Оленину, известному государственному деятелю, первому директору Императорской Публичной библиотеки, президенту Императорской Академии художеств.

А.Н. Оленин был меценатом, образованным человеком, объединявшим вокруг себя людей искусства, поэтому Приютино интересно не только как место, отражающее дворянский быт, но и одухотворенный жизненный уклад: в разные годы у Олениных были поэты: К.Н. Батюшков, В.А. Жуковский, И.А. Крылов,
А. Мицкевич, А.С. Пушкин; художники: Карл и Александр Брюлловы, О.А. Кипренский; композиторы и музыканты: М.И. Глинка, А.Н. Верстовский,
А.А. Алябьев; декабристы: С.Г. Волконский, братья Сергей и Матвей Муравьевы – Апостолы, С.П. Трубецкой. В любительских спектаклях на сцене домашнего театра участвовали актеры: Катерина Семенова, Иван Сосницкий, Василий и Александра Каратыгины.

Меня, как руководителя Рубцовского центра г. С-Петербурга, интересовало Приютино и потому, что здесь в 50е годы 20 века жил Николай Рубцов, который работал тогда слесарем-сборщиком в НИАП, жил во флигеле приютинской усадьбы, а рядом, в “господском” доме, превращенном в семейное общежитие, жил брат Рубцова Альберт с семьёй. Здесь начиналось творческое взросление поэта: были написаны стихи: “Берёзы”, “Морские выходки”, “О собаках”, “Воспоминание”.

Стоял конец апреля, когда наш Рубцовский центр отправился на автобусе с Ладожского вокзала в Приютино. Моросил мелкий весенний дождь, но земля уже была прогрета щедрыми солнечными лучами, и всё было зелено. Настроение было приподнятое еще и потому, что здесь   по земле когда-то ступала нога А.С. Пушкина, и вспоминались строки стихов, посвященные младшей из дочерей Олениных – Анны, или, как любили ее называть, Анет:

Я вас любил: любовь ещё, быть может,
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;
Я не хочу печалить вас ничем.
Я вас любил безмолвно, безнадежно,
То робостью, то ревностью томим;
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам Бог любимой быть другим.
(1829г.)

Перед экскурсией по дому Олениных нас очень гостеприимно встретил в своём кабинете заведующий Литературно-художественным музеем-усадьбой “Приютино” Л.В. Мазур,  осветивший в беседе с нами  вопросы, связанные с историей реконструкции музея и с развитием его, как дворянской усадьбы. Из рассказа Леонида Викторовича мы могли сделать вывод о том, что Приютино-объект культуры федерального значения, поэтому его финансирование утверждается сверху, и никакой инициативы с его стороны не может быть: например, сдачи пустующих зданий под кафе, мастерскую или гостиницу. А ему хотелось бы возродить черты быта дворянской усадьбы первой трети 19 века, например, чтобы была кузница, как во времена Олениных; или, например, хотелось бы иметь музейный магазин для привлечения туристов во время традиционных праздников или Фестиваля национальных культур. Но если заглянуть в карту-схему Приютино 1795 года, там можно увидеть 19 объектов усадьбы: помимо господского дома, флигеля, людской,- господскую кухню и прачечную, винный и молочный погребки, кузницу и кирпичный дом, скотный двор, птичник, фруктовую и цветочную оранжерею, баню, конюшню, каретный сарай и ригу.

Руководителем музея-усадьбы он стал в 90-е годы, и тогда она стала медленно, но активно восстанавливаться, так как в советское время пережила разруху: достаточно сказать, что господский дом был отдан под коммунальные квартиры для тех, кто работал на Ржевском полигоне, среди которых находился и Альберт Рубцов со своей семьей, а Николай жил в здании напротив, где на втором этаже в большой комнате (96 м2) было общежитие. Вся комната была перегорожена шкафами, и жило в ней 12 человек, двое из них с семьями.

004

Постепенно жильцов из Приютино выселяли, давали квартиры; в 1960 году Приютино был дан музейный статус, а в 1969 году усадьба была включена в число памятников культуры республиканского значения. И только в 1990 году был реставрирован господский дом и открыта была первая мемориальная экспозиция.

В разные годы во второй половине 19 века, когда Приютино принадлежало уже не Олениным (Елизавета Марковна в мае 1838 года, за 2 месяца до смерти, пишет о своем пожелании мужу Алексею Николаевичу Оленину продать имение, т.к. содержать его стало тяжело), хозяевами Приютино в 1841 году стал коллежский советник Ф.М. Адамс, который превратил Приютино в доходное сельскохозяйственное производство и провёл колоссальные бытовые преобразования: осушил болота, расчистил лес, устроил дороги, перекинул 80 мостов через ручьи, построил винокуренный завод, и имение стало приносить 12 тысяч дохода в год.

В 1858 году он продал имение генералу-лейтенанту А.Х. Даллеру; от него Приютино перешло к тайному советнику П.Ф. Серанину, но он использовал имение только под дачу.

А какова же была предыстория всего этого? Почему Приютино так привлекало многих гостей во времена, когда здесь жили Оленины?

Наверное, наиболее точно в поэтической форме ответ на эти вопросы даёт стих К.Н. Батюшкова “Послание к А.И. Тургеневу”:

Есть дача за Невой
Вёрст двадцать от столицы…
Есть дача или мыза,
Приют для добрых душ,
Где добрая Элиза
И с ней почтенный муж,
С открытою душою
И с лаской на устах,
За трапезой простою
На бархатных лугах
Без бального наряда,
В свой маленький приют
Друзей из Петрограда
На праздник сельский ждут.

Чтобы узнать, какими сердечными людьми были хозяева Приютино, достаточно прочитать всего лишь одно письмо хозяйки дома Елизаветы Марковны Олениной, которое было написано ею мужу Алексею Николаевичу Оленину на одиннадцатом году их супружества: “Спасибо тебе, мой хранитель, батюшка, друг мой неоцененный, за письмо твоё из Новгорода, видно, что Бог создал нас друг для друга, что мы так хорошо друг друга разумеем, за тысячьми верстами всегда чувствуем друг друга. Приезжай поскорее, Алешенька, ангел мой, розно жить нам нельзя, за что нам делать себя несчастливыми”.

Обвенчались они 8 ноября 1791 года. Он – подполковник Псковского драгунского полка; она – дочь директора Придворной Певческой Капеллы. Будущий президент Академии художеств, директор Императорской Публичной библиотеки и хозяйка одного из самых известных петербургских литературно-художественных салонов первой трети 19 века.

Елизавета Марковна была образцом женской добродетели, примерной женой, нежнейшей из матерей, отличалась ясным умом и кротким нравом. Даже название “Приютино” она придумала сама, и именно благодаря её заботам усадьба стала “приютом для добрых душ”. Гостить у Олениных было привольно: каждый из гостей имел отдельную комнату, а в свободное время – занимался своим делом, и только по удару колокола гости собирались все вместе за обеденным столом. Н. И. Гнедич занимался здесь переводом “Илиады”, великий баснописец И. А. Крылов, у которого была отдельная келья, где проводил он все лето, а рядом с ним часто бывали дочери Олениных, написал здесь огромное количество басен. Испытывая чувства необыкновенной нежности и чистоты, увлеченный Анет Олениной, А. С. Пушкин посвятил ей стихи: “Её глаза”, “Ты и вы”, “Не пой красавица при мне…”, “Предчувствие”, “Город пышный, город бедный”, “Я вас любил…”. Он сделал ей предложение, но родители отказали (“небогат, некрасив”), но главная причина была в том, что Анна любила А.Я. Лобанова-Ростовского, адъютанта князя П.М. Волконского.

Во время экскурсии по “господскому дому” я вспоминала эту историю, когда посетила Комнату барышни (так именуется она в экспозиции).

Не знаю, почему, но судьба Анны Олениной всегда вызывает у меня грустные размышления: пустое кокетство привело к тому, что, получив отказ, Пушкин уезжает на Кавказ в мае 1829 года, а в мае 1831 года женится на Наталье Николаевне Гончаровой. Анет Оленина в 1839 году вышла замуж за полковника гусаров Ф. Андро и уехала с ним в Варшаву, а после смерти мужа, которого похоронила в фамильном склепе, отбыла на Волынь. В глубокой старости она доставала альбомы, в которых сохранились автографы Пушкина и, перечитывая стихи, поздравления, нередко плакала, вспоминала молодость и пушкинские строки:

Пустое вы сердечным ты
Она, обмолвясь, заменила
И все счастливые мечты
В душе влюблённой возбудила.
Пред ней задумчиво стою,
Свести очей с неё нет силы:
И говорю ей: как вы милы!
И мыслю: как тебя люблю.
/Ты и вы. А.С. Пушкин. Приютино. 23 мая 1828г./

Когда мы попали в Комнату молодого человека, то мне вдруг вспомнилась судьба братьев Олениных: Николая и Петра, которые стали участниками Бородинского сражения. Всего у Олениных было пятеро детей: сыновья Николай, Пётр, Алексей – и дочери: Варвара и Анна. Два старших сына еще в детстве были записаны отцом в лейб-гвардию Семеновского полка и стали участниками войны 1812 года.

В своих ранцах юноши всегда носили наставление отца. Алексей Николаевич писал сыновьям о том, что какое бы несчастье их не постигло в жизни, нужно всегда верить в справедливость Божию, что в жизни нужно быть набожными, но без “ханжества”, твердыми, но без упрямства”. Он призывал всегда помогать ближнему, не предаваясь эгоизму. Но особенно мне запали в душу строки: “Будьте храбры, а не наянливы (навязчивы), никуда не напрашивайтесь, но никогда не отказывайтесь, если вас куда посылать будут, хотя бы вы видали перед собой неизбежную смерть, ибо, как говорят простолюдины, двух смертей не бывать, а одной не миновать”.

Николай довёл своё благословение до Бородина, а отставной генерал-майор Петр Алексеевич Оленин через 42 года передал его своему сыну Алексею. Мне вспомнилось высказывание А. Моруа, который писал: “Воспитывать – значит возвышать ум и характер, значит вести к вершинам”. Именно такое воспитание давали Оленины своим детям.

В ходе Бородинского сражения Преображенский и Семёновский полки, не сделавшие ни одного выстрела, несли потери от французских ядер, только до 400 человек  – в каждом. Прилетевшее ядро поразило сразу двух братьев, но старшего оно разорвало пополам, вырвав из его груди сердце, а над Петром оно пролетело между плечом и головой и вызвало очень сильную контузию, оставив ему  седину в 18 лет и мучительные головные боли. Он дошёл до стен Парижа в марте
1814 года. Впоследствии служил адъютантом у графа Воронцова и дослужился до генерал-майора. Пишут, что он был талантливым живописцем.

Когда мы гуляли по приютинскому парку и читали стихи Пушкина, Рубцова, свои стихи, мы почтительно остановились у камня, который был поставлен на том месте, где Николай Оленин посадил в детстве дубок. По легенде, после смерти Николая он засох, и на его месте был сооружен “мавзолей под ельными ветвями”, а прах Николая и его друга Татищева покоится на Бородинском поле. Эпитафия на камне под огромными елями, принадлежащая Николаю Гнедичу, которую он посвятил своему другу Николаю Оленину в 1820 году, гласит :

Вот здесь семья берёз, нависших над водами,
Меня безмолвием и миром осенит:
В тени их мавзолей под ельными ветвями,
Знакомый для души, красноречивый вид!
При нём вся жизнь, как сок, с мечтами убегает,
И мысль покоится, и сердце здесь молчит.
И дружба самая здесь слёз не проливает:
О храбром сожалеть ей гордость запретит.

Парк Приютино, несомненно, вызвал у нас огромный интерес, так как здесь ощущается мощное биополе, накопленное столетиями на этой земле всеми, кто здесь жил, творил или просто занимался хозяйством. Здесь жили не только дворяне, но и крестьяне-умельцы, садовники, которые выращивали в оранжереях самые редкие и диковинные плоды. Конечно, в парке пока ещё чувствуется запустение, да и не все ещё флигели восстановлены, но сердце всё равно волнуется от соприкосновения с воздухом Приютино, с его тенистыми аллеями .

006

Мы думали о том, что здесь, в Приютино, Николай Рубцов встретил замечательную девушку Таю Смирнову, которая до сих пор вспоминает, как подарила она будущему поэту свою фотографию в конце 1955 года (теперь она – Таисия Александровна Голубева). При встрече она рассказывает, каким веселым был Николай Рубцов в те годы: играл на гармошке в приютинском парке, где была танцевальная площадка. Проводила она его в армию, но не дождалась – вышла замуж. Рубцов приезжал, хотел повидаться с нею, но она не вышла к нему, т.к. была она замужем и родила ребенка. На побывку из армии он приезжал в Приютино в пятьдесят седьмом году, но в Приютино всё изменилось: посадили в тюрьму друга Николая Белякова, любимая девушка вышла замуж, брат собрался уезжать отсюда. Николай Коняев написал интересную статью, которая помещена в сборнике воспоминаний о Рубцове, под названием “В приютинском парке”, которую заканчивает такими словами: “Брат исполнил свое обещание, уехал, перебрался в Воркуту. А Николай Рубцов, хотя и приезжал после пятьдесят седьмого года в Приютино, но только в гости. Еще одна местность могла стать его домом и не стала им, ещё один вариант его возможной жизни был зачёркнут его безжалостной судьбой”. Но именно здесь Рубцов написал, прощаясь в 1957 году с Приютиным, эти музыкальные строки:

Я люблю, когда шумят берёзы,
Когда листья падают с берёз.
Слушаю – и набегают слезы
На глаза, отвыкшие от слёз.

В ходе экскурсии по “господскому” дому мы увидели очень интересную экспозицию, которая дает представление о том, как выглядел дом Олениных в разные годы. В неё включены ценные мемориальные и документальные материалы, среди которых портреты, пейзажи, зарисовки, личные вещи, автографы, книги. В большинстве комнат воссозданы интерьеры, соответствующие их назначению: кабинет, галерея, гостиная, спальня, столовая. Дополняет картину усадебного быта жилые покои на мужской и женской половине.

005

Будем надеяться, что в музее-усадьбе “Приютино” приведут со временем в порядок парк, в котором особенно ощущается какое-то запустение, что будет возрождена картина дворянского уклада жизни и быта, как, например, в музее-усадьбе М.Р. Державина в С-Петербурге, или в подмосковной усадьбе Кусково, где довелось мне недавно побывать. А среди экспозиций музея появится уголок, освещающий жизнь поэта Николая Рубцова в Приютино. Хотелось бы, что бы со стороны Министерства культуры, которое передаёт лицензию сертификационной компании, было бы уделено внимание пожеланиям управляющего музеем –усадьбой  Мазура Л.В. по вопросам развития туризма в Ленинградской области, по вопросам реконструкции остальных зданий и умелого их использования для воссоздания картин русского быта. Ведь Приютино – это жемчужина России, о которой у меня родились поэтические строки:

Приютино – точка Вселенной,
Где боги земные сошлись,
Чтоб миру сказать, что нетленны
Поэзия, проза и жизнь,
Когда всё согрето любовью
И в страстном порыве слилось:
Подушка, омытая солью
Девичьих нечаянных слёз,
И юных порывов мечтанья,
И голос, что сердце томил,
И грустное деве признанье,
Где вечное: “Я вас любил…”
Мне кажется: ель молодеет
От этих возвышенных слов,
Наряд её тёмный светлеет
От щедрых весенних даров.
И ворон с крылом подбитым,
Быть может, вернется сюда,
Где в сердце единое слиты
Деревья, земля и вода,
Где счастья заветная кружка
И грустных стихов завиток.
Рубцов… Приютино… Пушкин –
Поэзии русской глоток.

 

Федунова Любовь Петровна. Критик и литературовед, автор исследований по русской литературе, поэт ЛИТО "Балтийский парус" и "Приневье", автор четырех поэтических сборников, руководитель Рубцовского центра Санкт-Петербурга.