Диалог писателей о Бунине

В одном из интервью И.А. Бунин сказал: «У меня в жизни бывали разные истории… Но никогда моих собственных романов я не рассказывал. И «Кавказ», и «Митина Любовь», и «Солнечный Удар», — все это плод воображения. Совершенно зря мне приписывают похождения всех моих героев».

Так ли это? Ведь известно, что многие литераторы нередко говорили: вся моя биография – в моих произведениях.

Евгений Дёмкин (Е.Д.): Анализируя вышеперечисленные рассказы Ивана Бунина, можно с ним согласиться. Но лишь только отчасти. Хотел бы он или не хотел следовать своему умозаключению, но для своих некоторых замечательных рассказов и стихотворений он брал материал не только из своих жизненных  наблюдений, но также и из личных переживаний.

По долгой жизни Бунина на каждом из её отрезков вмести с ним шли известные и неизвестные литературе люди, в том числе и любимые женщины: Эмилия Фехнер, Варвара Пащенко, Анна Цакни, Галина Кузнецова и Вера Муровцева – Бунина.

Интересен бунинский автобиографической роман «Жизнь Арсеньева». В Лике Авиловой (пятая книга романа) угадываются некоторые черты Варвары Пащенко, как и в других героев романа известных Бунину людей.

После вручения Бунину Нобелевской премии 10 декабря 1933 года, он в одном из интервью сказал: «…Я думаю, однако, что Шведская академия хотела увенчать мой последний роман «Жизнь Арсеньева». Возможно, так…

Вячеслав Булгаков (В.Б.): Я не в одном произведении не вижу самого автора — И. Бунина. Знаю: он говорил, что его рассказы и герои — плод воображения писателя. Мы, например, узнаём во многих чеховских рассказах самого Антона Павловича. А вот где, в каком произведении, «спрятан» образ Ивана Алексеевича — такого произведения, по-моему, нет. В какой-то мере исключение составляет «Жизнь Арсеньева». Некоторые исследователи жизни и творчества Бунина склонны считать «Арсеньева» биографическим романом. Замечу, однако, что на меня этот роман особого впечатления не произвёл.

Альберт Измайлов (А.И.): С трудом верится в искренность бунинских слов, высказанных в вышеуказанном интервью. У Бунина был зоркий, натренированный взгляд. За несколько минут он мог нарисовать словесный портрет человека. Поэтому в его новеллах почти все образы персонажей – это живые маски реальных людей. И Муромцева-Бунина, поясняя, что в рассказе «Галя Ганская» вся история героини выдумана, вместе с тем, утверждает, что прототипом художника в этом рассказе является Петр Александрович Нилус, близкий друг Бунина. В новелле «Генрих» образы героев не выдуманы, а взяты, как поясняла Муромцева-Бунина, из текстов романов писательницы Макс Ли, «он взял от нее в “Генрихе“». Бунин писал о том, что в его творческом воображении вдруг мелькало «какое-нибудь» лицо и оно отображалось в рассказе. Бунинская живопись чувств чересчур точна, чтобы быть выдуманной, а не пережитой. И в его новеллах «Чистый понедельник», «В Париже» просматриваются черты знакомых Бунину женщин – Е.М. Лопатиной, с которой он встречался, и актрисы Александринского императорского театра Варвары Враской, с которой он переписывался.

Русский литератор-эмигрант Г.В. Адамович однажды высказал такое суждение: «Эмиграция – это одиночество и свобода».

На Ваш взгляд, согласился бы с этим суждением И.А. Бунин?

Е.Д Георгий Викторович Адамович (1894-1972), поэт, критик и переводчик, был один из близких друзей И.Бунина в эмиграции во Франции. Бунин ценил этого талантливого человека, называя его «лучшим критиком в эмиграции». В поле зарубежной критики мало кто мог состязаться с Г.Адамовичем. Это действительно так. Г.Адамович покинул Россию в 1922 году после расстрела в августе 1921 года Н.Гумилёва, основателя  второго «Цеха» поэтов (1919. Г.Адамович был членом этого объединения. В эмиграции А.Адамович выпустил несколько сборников своих стихотворений, написал множество статей на разные темы. Был главным критиком газеты «Возрождение», считавшимся русским национальным органом печати. В своём сборнике «Одиночество и свобода» (литературно-критические статьи) Г. Адамович посвящает свои стати и очерки старшему поколению эмиграции от Бунина до Алданова.

Публицист Л.Аллен в статье об А.Адамовиче приводит его слова из этого сборника: «…понятие творчества в эмиграции искажено не было, духовная энергия на чужой земле не иссякла и когда-нибудь сама собой включится в наше вечное общерусское дело». Тот же автор подмечает, что «чувство тоскливого одиночества владело Адамовичем чуть ли не с самого дня рождения. Оно подавлялось лишь присутствием вечного внутреннего огня, страстного, боевого темперамента».

Иван Бунин эмигрировал из России, уехав из Одессы 26 января (ст.стиль) 1920 года. Он покинул Родину, убедившись, что обратной дороги в старый мир уже не будет, наблюдая повсеместно ужасы революционного времени. Он вёл дневниковые записи, занося в них перипетии эпохи революции, а затем и гражданской войны. Дневниковые записи («Окаянные дни») были впервые опубликованы в Париже в 1925-1926 годах в номерах русской эмиграции газеты «Возрождение».

Живя в эмиграции, Бунин думал только о России, писал только о России, был всегда с Россией. Многие русские писатели в эмиграции мало писали о чём-то русском, а некоторые почти не писали. В отличие от других писателей, Бунин не был одинок в душе с Россией.

А свобода?.. Разве каждый пишущий человек всегда свободен?.. Так что, с суждением А.Адамовича: «Эмиграция – это одиночество и свобода» Иван Бунин вряд ли бы согласился.

В.Б.: В какой-то мере эмиграция для Бунина была и тем и другим. Кто-то из деятелей культуры, не помню уж кто именно, сказал, что одиночество хорошая штука, но когда рядом есть человек, которому бы можно было это рассказать. Да, Бунин был одинок, но в том смысле, что жил на чужбине, как он сам говорил «в чужом, наёмном доме», вдали от земли, которую любил «до боли сердечной» и что лишился всего – «людей, родины, близких». «Ах, как бесконечно больно и жаль того счастья!», – сердечной болью вырывались его слова, когда он вспоминал о прошлом, о родине. Но вот, оказавшись изгнанником, он, как никто другой, жестоко страдал вдали от родины, постоянно ощущая всю глубину потери. Россия – это то единственное место в мире, где писатель чувствует себя русским во всей полноте и неповторимости. И, осознав, что не может без России существовать ни как человек, ни как писатель, что родина от него неотторжима, Бунин нашёл свой способ связи, возвратившись к ней любовью. Но в тоже время он вынужден был приспосабливаться к своей эмигрантской жизни. Он много пишет и нет у него цензуры, от которой был свободен. За время своей жизни за границей, а это тридцать три года, Бунин написал множество замечательных произведений и абсолютное большинство их – на темы о России, русской жизни. Но что бы стало с ним, если бы он остался в России? Печальной была бы его участь. Припомнили бы ему большевики связь с «белым» движением, Деникиным, критику Советской власти, Ленина, большевиков. В России бы он не написал «Окаянных дней». Это он напишет за границей. Но без них у Бунина был длинный шлейф антибольшевизма. Хотя некоторые советские писатели, среди которых А. Твардовский, считали эмиграцию Бунина трагическим рубежом в его биографии. Поэтому на вопрос писателя Георгия Адамовича другой писатель – Иван Бунин – ответил бы так: «В эмиграции я был и одинок, и в то же время не был одинок. Был свободен и в то же время не был им, потому что я вдали от России». Вообще-то в идеале, да и не в идеале, свободы не существует. Она ограничена. Одиночество – да, существует.

А.И.: Читая строки писем Бунина из далека к Н.Д. Телешову, А.Н. Толстому остро ощущаешь одиночество Ивана Алексеевича в эмиграции. Это было несвободное от России одиночество. Перечитывая содержание опубликованных бесед Бунина с К. Симоновым в Париже чувствуешь свободолюбивую гордость Ивана Алексеевича, которая не позволяла ему «поступиться принципами». Да и на той всемирной вершине, куда литературная судьба вознесла писателя, человек слишком одинок, чтобы свободно сообщаться с другими.

Существует множество трудов и исследований о жизни и творчестве И.А. Бунина. И все-таки, каким вы видите сегодня словесный образ писателя и человека И.А. Бунина?

Е.Д.: Бунин, прежде всего, человек, любящий Родину, её природу. Прямой, не терпящий несправедливости, фальши и лицемерия. Как писатель – писал о том, что сам хорошо знал, того и другим писателям советовал. Боролся за чистоту и красоту русской речи. Старался постичь тайну русской души, её истоки.

В.Б.: Вопрос для меня не простой. Вот читаю я произведения Ивана Бунина. Ищу его образ там и не нахожу. Просматриваю фотографии писателя. Но что говорят мне они? Почти ничего. Рассматриваю скульптурные портреты Бунина, выполненные Заслуженным художником России Юрием Джибраевым. Уже ближе к цели. Голова почти как живая. Но всё же… Ускользает от меня его реальный образ. Вижу, чувствую, воображаю образы, характеры, поступки А. Пушкина, М. Лермонтова, Л. Толстого, И. Тургенева, А. Чехова, А. Куприна, В. Короленко и многих других писателей и поэтов. А вот образа Бунина, во всей его ясности и значимости как художника и человека, не вижу, не чувствую. Ускользает от моего видения и понимания образ этого выдающегося писателя. Не знаю, в чём причина такого странного свойства?

А.И.: Образ складывается из фрагментов фактов, событий, явлений. Помню давний весенний праздник книги вокруг сквера на площади А.Н. Островского. У одного из книжных киосков толпился народ. Оказалось, что люди стоят за абонементами на собрание сочинений И.А. Бунина. Я тогда удивился этой очереди к Бунину. Эта очередь в то время можно было объяснить тем, что долгое время Бунин был недоступен публике, а затем «на него набросились». Помню студенческие годы. Семинар по стилистике русского языка. Своего товарища по семинару. Он нередко любил пошутить. Однажды он прочитал на семинаре фрагмент малоизвестного художественного текста Бунина, выдав его за свой. А преподаватель, похвалив этот текст за стилистический ритм и образность, затем разругал его за бессодержательность, «безмыслие», отсутствие художественной связи между чувством «автора» и содержанием текста. У моего товарища по семинару действительно не было никакого интереса к творчеству Бунина. А я удивился тому, как преподаватель смог уловить через прочитанный короткий текст сущность «автора», его нелюбовь к тому предмету, который он пытался отобразить.

Оказал ли И.А. Бунин влияние на Ваше творчество?

Е.Д.: Очень весомое!

В.Б.: Да, влияние Бунина на моё творчество какое-то, наверное, есть. Оно не всегда и не во всём заметно, но оно существует. Прежде всего это касается языка и описания природы Буниным. Тут, нам, писателям, особенно молодым, надо учиться у классика русской литературы. Эта проблема неисчарпаема. Художественная литература – это прежде всего язык произведения. Так вот: Бунин почти в совершенстве использует дар «великого, могучего, правдивого и свободного» русского языка в своих повестях и рассказах. Прежде всего именно здесь надо черпать знания и вдохновения нам, писателям. Вспомним, что говорил Александр Твардовский: «Бунина нельзя не любить и не ценить за его строгое мастрество, за дисциплину строки… за труд, не оставляющий следов труда на его страницах… В смысле школы, в смысле культуры письма в стихах и прозе молодому русскому, и не только русскому, писателю невозможно миновать Бунина и ряда мастеров, чей опыт попросту обязателен для каждого пишущего…» Но и ценен опыт описания природы Буниным. Описания характеров, образов, поступков героев его произведений. Иногда кажется: что же в этом рассказе такого интересного? Но начинаешь читать и понимаешь насколько верно, художественно глубоко и интересно раскрыт образ героя. Взять бы небольшой рассказ «Косцы». В нём и характер русского человека, и его душа, тут и природа – всё, что нужно, всё к месту и в меру. Будем этому учиться у Бунина.

А.И.: Каждый прочитанный мною текст прозы, поэзии оставлял в моей творческой кладовой «особую полочку», с которой я в нужный момент брал те или иные строки, как компас для направления в своем творческом пути. И на этой «особой полочке» у меня стояли тексты И.С. Тургенева, И.А. Бунина, К.Г. Паустовского. И если выбирать «литературный компас» из творчества этих троих, то конечно я предпочитаю И.С. Тургенева. Ибо его, хотя бы, «Стихотворения в прозе» ‑ это та вершина, к которой нам всем подниматься и подниматься.

Члены Союза писателей России
Евгений Дёмкин, Вячеслав Булгаков, Альберт Измайлов