День единения

Очередное заседание нашей мастерской пришлось на вторник, сразу после празднования Дня народного единства.

Этот праздник связан с историей смутного времени, с той замечательной датой, когда земской староста Кузьма Минин и князь Дмитрий Михайлович Пожарский, возглавив второе народное ополчение, освободили Москву от польских захватчиков.

Борис Краснов подготовил интересный и содержательный рассказ об истории смутного времени, о том, как развивалось народное ополчение, как освобождали Москву от польских интервентов. Поэты молчаливо внимали рассказу Бориса, погружаясь мысленно в события XVII века, сравнивали смутное время давно прошедших лет со смутой дней сегодняшних. Тем более, что домашнее задание было посвящено понятию «смутное время» в широком значении этого слова.

Как всегда, большинство участников выполнили задание. Сергей Дьяков попытался охватить несколько веков истории России, размышляя о причинах смуты в стране, «…где каждый хутор мнит себя державой». Светлана Усина восклицает: «Не дай нам, Бог! – Не дай нам жить / В эпоху смут и беспредела!». Александр Александров, чувствуя смуту в современном мире, задает вопрос: «Что в настоящем можно ждать иного, / когда с повязкой темной на глазах / идешь смотреть «Бориса Годунова»?».

Однако нашлись другие поэтические интерпретации «смутного времени». Наталья Апрельская описывает семейную жизнь, как «годы войны и примирений», с которой ее лирическая героиня примирилась, «из семейной выскочив ячейки». Для Елены Гофман смутное время соотнеслось с осенним межсезоньем, когда появление солнца разгоняет смуту и «освещает темный мир где-то в солнечном сплетенье».

Во второй части обсуждали подборку Олега Клима. Его стихи показались простыми, незатейливыми, по словам рецензента Светланы Усиной, утренними. Позитивное отношение к жизни автора чувствовалось сразу. Это положительный момент. Но есть и обратная сторона медали. Простые, почти детские стихи, написанные не для детей, таят в себе инфантилизм авторский, словно личность поэта еще не созрела для жизни и творчества.

Рецензент Александр Конопатский отметил, что, если Олег будет работать над своими стихами по-взрослому, то у автора получатся хорошие детские стихи («зайцы вяжут детские носочки») и короткие емкие четверостишья («Брошенный дом, брошенный сад, брошенный мир полон солдат»).

В общем, заседание прошло очень плодотворно и интересно. Наша мастерская – творческая ячейка, из которой не хочется выскакивать! Хочется новых встреч, подборок, обсуждений, нового общения. Все мы тесно связаны любовью к поэзии, культуре, русскому языку. Это некое душевное, духовное единение. Мы… вместе! И это здорово!