На линии огня. Поэты Первой мировой Войны

Первого августа 2019 года в Доме писателя состоялся литературный вечер, посвящённый Дню памяти российских воинов, погибших в Первой мировой войне.

На вечере писатели Санкт-Петербургского отделения Союза писателей России представили свои книги, посвящённые этой войне и её многим забытым героям: Анатолий Петухов «1914 год. Гибель Русской гвардии», Александр Смирнов «Стихи и проза Николая Мартынова», Анатолий Соколов рассказал о трёх изданных книгах, посвящённых поэтам, участникам Перовой мировой войны. Как говорится, «лиха беда начало»: сначала была издана «Поэты Первой мировой войны. Антология» в 2016 году, в которой представлены 36 биографических очерков о поэтах и подборка их стихов, затем с этим же названием была издана антология, в которой представлены 82 поэта, изданная в 2017 году и её сокращённый вариант в серии «Петербург: тайны, мифы, легенды» – в 2018 году.

Мне вспомнилась картина Кузьмы Петрова-Водкина «На линии огня», созданная им в самый разгар Первой мировой войны, посвящённая теме жертвенного служения высокой идее, любви к Родине. В центре картины фигура явно смертельно раненного бойца. Эта картина в собрании Русского музея. Забыть её невозможно.

Солидный том («Поэты Первой мировой войны. Антология» / Сост. А. К. Соколов; под ред. Б. А. Орлова. – СПб.: Центр современной литературы и книги на Васильевском, 2017. – 592 с. ) лежит на моём рабочем столе. Да, это не лёгкое чтиво для отдыха – это ра-а-бо-о-та! Но я уверена, за неё возьмутся благодарные читатели и оценят, какая работа проделана инициаторами проекта.
Очень не просто было собрать материал, порой казалось, канувший в бездну забвения. Приведу строки известного русского и советского поэта Николая Тихонова, поэта Первой мировой, опубликованные в этом томе:

* * *
Наш век пройдёт. Откроются архивы,
И всё, что было скрыто до сих пор,
Все тайные истории извивы
Покажут миру славу и позор.

Богов иных тогда померкнут лики,
И обнажится всякая беда,
Но то, что было истинно великим
Останется великим навсегда.
1967 – 1969

Во вступительной статье Борис Орлов пишет: «Мало известно в нашей стране о русских поэтах – участниках Первой мировой. Дело в том, что ещё до её окончания в России была развязана Гражданская война. И участники Первой мировой оказались, как говорится, по разные стороны баррикад. Каждый из них сражался за будущее той России, какой он хотел её видеть. <…> Идея составить и издать сборник вызрела в Санкт-Петербургском отделении Союза писателей России, а за её осуществление взялся писатель Анатолий Соколов. <…> Нам, конечно же, удалось рассказать не обо всех поэтах Первой мировой. Главное, сделан первый шаг по восстановлению исторической справедливости. Русская литература не разделена границами государств. Она создавалась и создаётся везде, где живут русские люди, объединённые любовью к исторической родине. Русская литература едина».

Одним из подтверждений этих слов является представленная в антологии краткая биографическая справка о поэте Николае Николаевиче Дворжицком (псевдоним Николай Алл). Далеко забросила его судьба, но и там он оставался русским поэтом, пополнившим русскую литературу своими произведениями.

Из антологии: «Участвовал в Кружке русских поэтов в Америке (Нью-Йорк). Стихи Алла вошли в коллективный сборник этого кружка – «Четырнадцать» (1949) и в антологию «Содружество» (1966). Темы и мотивы поэзии Алла связаны с фольклором, мифологией, русской историей и с родным Петербургом. Умер Николай Алл в США в 1966 году».

Представленная подборка стихотворений Николая Алла начинается пронзительным стихотворением:

* * *
Я выпил стакан эмигрантской отравы,
Я высушил сердце в ненужных боях.
А там всё другое – и птицы, и люди, и травы,
Там, в наших родных и далёких краях.

Всё чаще и чаще мне память приносит
Степной аромат зеленеющих трав.
А годы летят и летят – их уносят
Осенние жуткие злые ветра.

Я помню – лягушки кричат на болоте.
День тихий и жаркий. Желтеет ковыль.
Скрипит журавель над студёным колодцем,
А тройка вздымает горячую пыль.

Белеют вдали деревенские хатки,
Стада разбрелись по широким лугам.
А запах полей – одуряюще сладкий,
И птиц над полями торжественный гам…

А здесь, на чужбине, все скучны и странны:
Я им не понятен, они мне чужды…
Я знаю, что скоро затянутся раны
Слепой, безрассудной и тяжкой вражды.

С большим интересом я познакомилась с творчеством и судьбой поэта Николая Туроверова, похороненного на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. Меня потрясло его стихотворение о том, как казакам, которые с детства не мыслили свою жизнь без верного друга коня, пришлось расставаться со своими конями – боевыми товарищами:

КРЫМ

Уходили мы из Крыма
Среди дыма и огня,
Я с кормы всё время мимо
В своего стрелял коня.
А он плыл, изнемогая,
За высокою кормой,
Всё не веря, всё не зная,
Что прощается со мной.
Сколько раз одной могилы
Ожидали мы в бою,
Конь всё плыл, теряя силы,
Веря в преданность мою.
Мой денщик стрелял не мимо,
Покраснела чуть вода…
Уходящий берег Крыма
Я запомнил навсегда…

Поэзию Туроверова ценили Бунин и Алданов.

В «Послесловии» Анатолий Кириллович Соколов пишет: «Дорогие друзья! Вы читаете эти строки, а значит, знакомство с поэтическими произведениями и героическими биографиями авторов книги состоялось. Надеюсь, вы узнали много нового и интересного о Первой мировой (Великой) войне и о тех, кто на её фронтах не только защищал нашу Родину, но и писал стихи, прозу, военные корреспонденции, преданно следуя своему литературному призванию. Это были люди удивительной судьбы. Многим был отмерен короткий век, многие погибли в расцвете лет. Читая стихи необыкновенно ярких, одарённых, одухотворённых, благородных людей, понимаешь, кого потеряла Россия. Они смогли отстоять нашу культуру своими стихами и оставить потомкам примеры мужества, достоинства и любви к Родине. Как много ещё они бы смогли сделать для своей страны, которой остались верны до конца своих дней…»

Да, именно из этой антологии я узнала об удивившей меня судьбе 21-летнего Олега Константиновича, младшего сына Великого князя Константина Константиновича, известного поэта, писавшего под псевдонимом (К.Р. ). Получивший смертельные раны (во время атаки на врага передовой кавалерии, в которой он служил), талантливый князь Олег Константинович тоже оказывается писал стихи и мечтал стать писателем. Ему бы жить да жить и править Россией или, действительно, посвятить себя другому служению – литературе.

В подростковом возрасте он писал:

* * *
О, дай мне, Боже, вдохновенье,
Поэта пламенную кровь.
О, дай мне кротость и смиренье,
Восторги, песни и любовь.
О, дай мне смелый взгляд орлиный,
Свободных песен соловья…
О, дай полёт мне лебединый,
Пророка вещие слова.
О, дай мне прежних мук забвенье.
И тихий, грустный зимний сон.
О, дай мне силу всепрощенья
И лиры струн печальный звон.
О, дай волнующую радость,
Любовь всем сердцем, всей душой.
Пошли мне ветреную младость.
Пошли мне старости покой.
1908

Но Бог дал ему «взгляд орлиный» для геройской смерти, не дав «старости покой».

Я не являюсь апологетом монархического правления в России и установления иерархии в оценке значимости творчества того или иного поэта, но этот пример является ярким примером, подтверждающим слова Анатолия Соколова: «Как много ещё они бы смогли сделать для своей страны…»

Данная антология не научная и не академическая (без комментариев и текстологической работы составителей или учёных), она массовая, как познавательная для заинтересованного читателя, как и моё эссе, призывающее не пройти мимо этого труда поэтов Анатолия Соколова и Бориса Орлова. Социальная функция этой работы – обеспечение образовательного, познавательного, воспитательного и эстетического процесса в обществе и является феноменом гуманитарной культуры.

Объем данной антологии обеспечивает наибольшую степень совокупного контекста. С учётом современных реалий, эта антология представляет литературу определённого периода страны, включающая произведения отдельных авторов и дающая наиболее целостное представление о том, что было написано поэтами, участниками Первой мировой войны (без деления их на «белых» и «красных» и прочих окрасов), без установления иерархии через субъективные сравнительные оценки в печати разных жанров и разных времён. Думаю, что в этой недифференцированности её особая роль – дать читателю самому и сравнивать, и оценивать.

Такой принцип позволяет увидеть многогранность поэтического жанра, высветить новые ракурсы и отступить от давно навязанной хрестоматийности по отношению к тем или иным поэтам, сформировать новую парадигму отношений к знакомым текстам, традиционно выносимым за рамки «большой» поэзии.

Общий контекст антологии «Поэты Первой мировой войны» легко высвечивается и возводится в разряд иррационального, когда всё внешнее становится не важным, какой бы Родина ни была и как бы на ней ни жилось, за неё отдавали жизнь. Борис Орлов пишет: «Мы не ставили перед собой цель опубликовать произведения, написанные только в годы Первой мировой на военные темы». Но как же без них, без стихов рассказывающих о войне? Вот один конкретный прожитый день на войне поэта, поручика сапёрного батальона Глеба Анфилова:

18 ОКТЯБРЯ 1914 ГОДА

Бомба разорвалась в кипящем котле,
С рёвом взметнула солдатскую пищу.
Трое остались хрипеть на земле,
Десять ушли к неземному жилищу.
Вечером в поле туманно-нагом
Ухали выстрелы русских орудий,
Долго куски собирали кругом
И навалили на мёртвые груды.
В яме дорожной в версте от огня
Их забросали землёй прошлогодней,
Гасли осколки осеннего дня,
Фельдшер сбивался в молитве Господней.

В коллективном сборнике «Поэты Первой мировой войны» много имён поэтов, участников Первой мировой войны, знакомых послевоенному поколению читателей, почитателей поэзии, например мне: Николай Асеев, Демьян Бедный, Александр Блок, Валерий Брюсов, Сергей Городецкий, Николай Гумилёв, Сергей Есенин, Валентин Катаев, Александр Куприн, Владимир Маяковский, Всеволод Рождественский, Николай Тихонов, Алексей Толстой. И если произвести простейший арифметический подсчёт (82 – 13), то станет ясно, как много для себя я сделала открытий.

Мне не были знакомы имена поэтесс, сестёр милосердия, участниц Первой мировой войны Елизаветы Журавской и Татьяны Тимашевой. Из России эмигрировали. Не могу обойти их вниманием.

Елизавета Журавская входила в белогвардейский Союз русских писателей и журналистов, в 1931 году вышел её сборник стихов «Звенья», сотрудничала с журналами: «Воля России», «Русская мысль»; газетами: «Россия и славянство», «Старое время». Умерла в Италии в 1953 году.

* * *
Трёхцветное знамя – наш светлый маяк,
Не сломит его торжествующий враг.
С надеждой горячею страстно мы ждём,
Что встанет Россия в величье своём.

Из стихотворения «Песнь первых добровольцев», декабрь 1918.

Заинтересовавшийся читатель может ознакомиться с краткой биографией Татьяны Тимашевой. Я же представляю её стихотворение:

РОДИНА

Криком – болью стих мой – стон
О единственной, священной,
О стране благословенной
Рвётся ввысь, как звон…
Степь, поля, кудрявый холм,
За рекой леса заснули…
Там вдали – мой дом.
Спит село. Собак лишь лай
Тишину взрывает глухо.
Звук случайный ловит ухо.
О, родной мой край!
Ширь, просторы без оков,
Вольной песни дух вспоённый
И в скиту под сенью тёмной
Звон колоколов.

Даже при беглом знакомстве с антологией – «чтение по диагонали», создаётся представление об общем духе и уровне поэзии первой половины XX века. Художественные образы стихов отражают не только историческую реальность, но и внутренний мир поэтов. И тем самым открывают читателю душевный облик целого народа. При этом поэтам «красного» и «белого» лагеря дано право голоса.

Книга рассчитана на широкий круг читателей, интересующихся отечественной историей и литературой, расширяет образовательное пространство и может быть использована на факультативных занятиях по литературе в средней школе с целью углубления довузовского образования.

Надежда Перова,
член Союза писателей России