О книге стихов «Стежки и стёжки» Екатерины Огаревой

Я недостаточно знаком со стихами современных поэтов. Обращаюсь чаще к любимым классическим поэтам, а если читаю современных авторов, то чаще всего испытываю равнодушие а то и досаду. Даже там, где замечаешь одаренность поэта, чаще испытываю чувство холодноватого равнодушия –и собственного, и авторского. Читаешь сотни и сотни строк, в которых автор либо клянется в любви к родной земле, к России или многократно упоминает свою приверженность к Богу, к Православию, и видишь как бы в внутренним оком, как поэт, сидя за столом, решает:  «А напишу-ка я о своей любви к Родине!». И, поскольку таких стихов появляется ежедневно очень много, то ничего, кроме равнодушия они не вызывают.

И вот читаешь строки из книги стихов Екатерины Огаревой и поражаешься тому, что отмечал почти два века назад критик, говоря о повести Льва Толстова «Детство»  чистоту нравственного чувства молодого поэта Екатерины Огарёвой. В этой небольшой книжке – всего семьдесят страниц, из которых – три десятка занимают фотографии, нет  ни одной строки, в которой было бы не запечатлено искреннее чувство автора – все только то, что прошло через ее сердце, то только то, что осталось в ней как память живой жизни.

Так можно сказать о каждом стихотворении из этой книги, но не могу не выделить те, что мне понравились больше всего: Старый клен, Старушка, Ссора, Мы с тобой две звезды, Сыну, Штаб, Схолодало, Мы бежим, будто два потока…  Можно назвать любое из стихотворений этой книги. Вот хотя бы такие строчки из стихотворения «Боженька»:

И я тогда познала: Бог хороший,
Хоть прост его киот недорогой.
Он в жизнь мою вошел в худых галошах
И приласкал старушечьей рукой.

А какие точные детали деревенского быта: бабушка  «побелит стол просеянной мукой», в кладовке «Млечный путь  бережливо створожен», и когда разлюбилась  милому, то  «пишут долю вилами по речной воде», вспоминается, что в Пасхальный день «покроет стол торжественная скатерть», в брошенном доме «солнце пробило крышу лучами».

Должен сказать, что чтению стихов Огаревой не мешают примечания-переводы с языка эрзя, они являются  частью поэтического строя ее стихов. Правда, иногда автор переусердствует, и в примечаниях объясняет читателю, что значит слово «печурка», «всклень», «дот» – без эти  сносок можно было бы вполне обойтись.

Я должен отметить, что оформление книги Екатерины Огаревой очень удачное, подбор фотографий изумительно хорош – это следует отнести не только на счет автора, но и всего коллектива, который работал над изданием . Одним словом, можно, на мой взгляд, только радоваться тому, что в нашем поэтическом строю появился такой одаренный автор.

В заключение своего короткого выступления хочу  высказать талантливому автору одно соображение, которое меня не то чтобы тревожит, на заставляет предупредить Екатерину Огареву, что  ей предстоит  пройти через один немаловажный искус: создать  новый сборник  стихов, который был бы не хуже, чем  «Стежки и стёжки». Дело в том, что этот сборник основан на живом чувстве, живом воспоминаниях детства, родных людей, родной деревни. Вполне естественно, что и следующий ее поэтический сборник могут составить строки и образы, которые будут отражать те же явления:  детство, родные, приметы деревенской жизни. Но в таком случае появляется опасность для поэта: повторение пройденного, уже отработанного материала. А такое повторение, на мой взгляд, будет лишь бледной тенью сборника «Стежки и стёжки». Считаю, что Кате не следует оставаться автором одной узкой стёжки в поэтической  дороге, нужно попытаться найти себя в новой, городской, а еще точнее – в петербургской жизни. Это будет очень не простой задачей, на этом пути можно немало наломать дров, а то и потерять многие краски ее поэтической палитры. Но бояться таких поисков  истинный поэт не должен, и я надеюсь, что Екатерина Огарёва порадует  своих читателей новыми прекрасными поэтическими строками.

Анатолий Белинский