Под гипнозом «Кашалота»

О книге Владимира Шпакова «Песни китов». Москва. РИПОЛ-классик. 2016. 384 стр.

«Все очень просто: пестик, тычинка, пыльца, цветоложе… На самом деле нет ничего сложнее этого». Владимир Шпаков. «Песни китов».

 

Этот роман  – не о любви. Для ион в чреве «Кашалота» любовь такой же призрак, как черный мухобой, или белый мичман, или загадочные песни, слышные под водой – о чем они, непонятно, хоть и тревожат душу.

Этот роман о том, как неумение любить приводит к болезненной, гипнотической страсти. О том, что и мечта, и вдохновение, и талант – все без любви превращается в прах. Как там? «Ум без любви делает человека хитрым. Вера без любви делает человека фанатиком…» и так далее.

В глухом городке живут два мальчика.

Один – «самоделкин», телевизор за час соберет, тока не боится – не берет его ни 220, ни 380 вольт. Другой – рохля, книжный червь, зато какие истории знает, и буквы в цвете видит, точь-в-точь Набоков.

А между ними девочка порхает в балетной пачке – красотка , умничка, животных любит, цветочки всякие, и даже муравьям, копошащемся на мертвой мыши, умиляется – вот, мол, «жизнь все время побеждает».

И тянутся их фатальные отношения от провинции, где идут разборки стенка на стенку, до стольного Питера, куда они переезжают, повзрослев, и дальше – уже до трагической развязки.

А параллельно (может, даже в параллельной Вселенной) летит на воздушной подушке корабль «Кашалот», начиненный танками и ракетами, – громада, уникум, чудо техники – несется на всех парах и пожирает человеческие жизни.

Этот зверь «Кашалот», собственно, и есть центральная фигура и символ романа. С одной стороны, это такая антитеза киту, который является в книге образом взаимопонимания. Вроде бы кашалот и кит – братья, но кит – животное мирное, питается планктоном, а кашалот – натуральный хищник. Служа на корабле под названием «Кашалот», выросший «самоделкин» Рогов всю душу отдает захватывающей, но разрушительной стихии.

Впрочем, и фантазер Мятлин, ненавидящий технику, филолог, точно такой же разрушитель. Слово ему нужно исключительно для карьеры и самоутверждения. «Мертвые вы», –  говорит им в запальчивости Лариса, которая – само «олицетворение жизни», как характеризует ее начальник цитологической лаборатории Вольский, пытающийся «поймать за хвост» витальную энергию.

С другой стороны, «Кашалот», отправленный в поход на заре перестройке, олицетворяет страну. Мощный корабль, экипаж которого одержим великой идеей и являет невиданный  героизм – бегает в майках по оледеневшей корме, голыми руками соединяя электрические провода… Но в то же время не обращает внимание на тех, кто свалился за борт – некогда, надо набирать ход («Единица? / Кому она нужна, / Голос единицы тоньше писка…»). Со временем люди на корабле все больше напоминают призраков. Призрачна уже и сама страна – умирает промышленность, отделяются республики, на смену идеалов и мечтаний приходят расчет и жажда наживы.

«Кашалот»  – это еще и главное сосредоточие мистических сил, коих в романе немало. Собственно, вся книга держит читателя в полуобморочном состоянии между явью и реальностью: тут тебе и черный мухобой – грозный страж свалки, пожирающий внутренности зазевавшихся бомжей; и оборотень-Яблонская с повадками булгаковской Геллы; и сны-галлюцинации в стиле пелевинских «Од мелафефон бва кха ша».

Владимир Шпаков, вообще, тяготеет в своем творчестве к фантасмагории. Недаром получил премию Гоголя в номинации «Вий» в 2010 году.  Но всегда это – не самоцель (удивить, попугать), а прием, высвобождение подсознательных страхов и желаний героев или символика.

Да и реалистическая жизнь в романе выписана психологически достоверно и увлекательно.  Роман читается на одном дыхании. Лишь к финалу действие замедляется, утяжеляется,– но тут и должен поменяться ритм, ведь именно здесь герои начинают осознавать, что путь их – бесконечное соперничество, мало имеющее отношение к любви. И читатель, затащенный сюда стремительным водоворотом сюжета, вынужден пройти вместе с героями эту агонию и прийти к некоему очищению…  Или не прийти. В принципе, каждому в этом синтезе драмы, мистике, триллера и причты вольно остановиться на приемлемом для себя варианте прочтения. А мне вот, например, захотелось книгу перечитать еще раз.

Юлия Медведева – публицист, редактор, поэт, критик. Окончила факультет журналистики СПбГУ в 2000 году. Работала редактором отдела новостей на «Эльдорадио», журналистом радиостанций «Полис», «Ленинград», ВГТРК «Петербург – 5 канал», шеф-редактором журнала «Обучение и карьера в Санкт-Петербурге», главным редактором архитектурного журнала «Капитель». Стихи, литературные обзоры, критические статьи публиковались в журналах «Аврора», «Зинзивер», газетах «Санкт-Петербургский дневник», «Книжная лавка», «Истоки» (Уфа), коллективном сборнике «По ту сторону экрана». Автор более 50-ти статей о современных литераторах на Википедии. Куратор литературных фестивалей и мероприятий. Участник общества «Молодой Петербург».